• Превыше всего
  • Владимир Сауриди

Гейдрих (поднимаясь с места). Совсем нет. Намеченные дела я почти завершил. (Пауза). У меня есть для тебя прекрасная новость: скоро мы едем в Прагу, причём даже не на несколько недель, как ты хотела, а на более продолжительный срок. Я назначен исполняющим обязанности протектора в Богемии и Моравии.

На лице Лины читается подозрение. Она выразительно смотрит на мужа.

Лина. Ты отстранён от работы в Берлине?

Гейдрих (лукаво улыбнувшись). Нет. Я сохраняю за собой фактическое руководство полицейским аппаратом империи. (Увлечённо). Это прекрасное назначение. Передо мной поставлена задача подавить чехословацкое Сопротивление, но я намерен сделать больше. Нужно мобилизовать все ресурсы протектората для обеспечения потребностей Германии. (Спокойно). Мой дальнейший путь к вершинам власти пролегает через Прагу.

Довольная Лина улыбается, глядя на мужа.

Лина. И как ты намерен заставить население протектората работать в интересах Германии?

Гейдрих (быстро). Самой действенной политикой: кнута и пряника. Мне дан карт-бланш: я готов на самые жёсткие меры, чтобы искоренить местное сопротивление, но вместе с тем собираюсь повысить жалование и выплаты рабочим.

Гейдрих продолжает что-то рассказывать Лине, однако это остаётся неслышимым для зрителя. Цветное изображение постепенно превращается в чёрно-белое, застывает и вскоре становится неотличимо от фотографии.

Сцена 39.

I. Столик в ресторане, за которым обедают Маргарита, Леонид и Константин. Камера сосредотачивает внимание зрителя на последнем. По неторопливо пригублённому бокалу красного вина и складкам на лбу видно, что Константин выдерживает паузу перед тем, как произнести новую фразу.

Константин. Значит, если Бог един, то един и Дьявол? Я верно тебя понимаю?

Маргарита (отстранённо глядя на Константина). Бог – это разными словами, но всё о том же, а Дьявол – лишь одно из имён зла. (Неприязненно). Просто это необходимо прочувствовать, а не пытаться разложить по папкам в картотеке.

Леонид, отстранённо наблюдающий за этой беседой, начинает хмуриться. Официант приносит им новые блюда.

Константин (смотря на Маргариту с лукавой полуулыбкой). Таким образом, нет никакой разницы между мелким воришкой и злодеем мирового масштаба, получившим огромную власть и считающим, что он творит зло одним во благо других?

Маргарита. Доброму, духовному человеку власть не нужна.

Константин. Даже для защиты от зла?

Маргарита. Просто с таким человеком не случится ничего плохого.

Константин. Сомнительно, очень даже…

Леонид. Давайте прекратим мировоззренческие споры…

Он произносит ещё несколько фраз, неслышимых для зрителя, после чего изображение теряет чёткость.

II. Камера крупным планом дает лицо Леонида, сидящего в съехавшем на обочину автомобиле и грустно смотрящего перед собой.

Маргарита (резко и вместе с тем удивлённо). Почему ты молчишь?

Леонид. Подбираю слова. Как только я договорю, садись за руль. Ты сама сможешь повернуть, куда сочтёшь нужным.

Пауза. Маргарита и Леонид похожи на борцов перед решающей схваткой.

Леонид (с невесёлой усмешкой). Даже не хочется начинать – ты ведь никогда не была готова слушать меня так внимательно, как сейчас.